Выборы сити-менеджера, через которые Нижний Новгород успешно прошел в декабре, стали одной из самых обсуждаемых тем. Кто-то следил за ходом голосования через онлайн-трансляцию, кто-то ознакомился с итогами в ленте новостей… Активные пользователи Фейсбука предпочли заходить на страницу к Александру Хорькову: в течение всего дня он вел собственную комментаторскую работу, вычленяя главное из слов каждого кандидата и сопровождая это забавными комментариями.

Пользователи соцсетей признавались: им было интересней читать Александра, чем смотреть видео с заседания депутатов.

Обидеть может не слово, а интонация

— Я вообще не собирался становиться политическим комментатором, — смеется Александр, — все случилось совершенно спонтанно. Более того, я даже не интересовался политикой настолько глубоко, чтобы узнавать всех кандидатов в сити-менеджеры в лицо. Но неожиданно выяснилось, что меня «лайкают» и просят продолжения. Причем я ведь не скрывал свою предвзятость. Некоторые политики мне нравятся, других терпеть не могу – я честно об этом писал. Александр уверен: причина в том, что он – человек «из народа», а потому его незамутненный взгляд оказался более интересным, чем ожидаемые комментарии политологов.

За качественные комментарии Александра выдвинули кандидатом на «Белую метку»: есть в Фейсбуке сообщество, ежемесячно выбирающее человека, который, на их взгляд, принес городу максимальную пользу. Впрочем, некоторые из экспертов возмутились: зачем номинировать того, кто просто хорошо выполнил свою работу? Они были уверены, что Хорьков – журналист. А он всего лишь человек, у которого много свободного времени. Потому что найти работу Саша не может: он передвигается на инвалидной коляске. Спрашиваю его:

— Саш, тебя не коробит слово «инвалид»? Как тебе хотелось бы называться?

— Ой, да брось ты свою натужную толерантность! – улыбается он. – Человек с ограниченными возможностями – пока три слова выговоришь, язык сломаешь. Инвалид – проще  всем понятно, о чем идет речь. И вообще, главное – не слово, а интонация, с которой оно произнесено. Вот она может оскорбить. Кстати, раз уж на то пошло, «человек с ограниченными возможностями» — тоже так себе определение. Почему это наши возможности ограничены? А у обычных людей они что, безграничны, что ли?

Неисправимый оптимист

Александр знает, как это – быть «обычным» человеком. Его детство ничем не отличалось от среднестатистического «школа-дворовая компания-песни под гитару».  Лишь в военкомате, куда он прибыл на медкомиссию, парню сказали: «А ты знаешь, что у тебя мышечная дистрофия?». Направили в больницу, откуда он вышел в состоянии легкого шока: оказалось, что скоро ниоткуда «выйти» он не сможет. Только «выехать» — мышцы с каждым годом будут все больше и больше терять силу. Впрочем, он до сих пор упорно говорит: «я пошел». «Я сходил в магазин», «Мы пошли на хоккей», «я пришел из храма»…

— Саш, как ты пережил тот момент, когда вдруг понял, что своими ногами больше никак? Только на коляске?

— Да не было никакого особого шока. Все развивалось настолько плавно и постепенно, что я удачно избежал психологических травм, — спокойно произносит он.

Оптимист. Неисправимый оптимист.

«Да, я православный»

Храм – это отдельная история. Все началось с того, что в 90-е годы, когда страна массово помешалась на оккультизме и эзотерике, Александр тоже увлекся «альтернативными учениями». Впрочем, через какое-то время понял, что путь этот явно не его. Говорит, «носители вечных истин», книги которых он читал, предлагали слишком простые ответы на слишком сложные вопросы. Что не может система, в которой так много неизвестных, работать по принципу: «сделай десять земных поклонов в новолуние на перекрестке четырех дорог, и все проблемы решатся сами собой».

— В то время моя хорошая знакомая ходила в православный храм и я как-то раз пошел с ней, практически из любопытства, — рассказывает Александр. – Не скажу, что сразу стал воцерковленным. Сходил, забыл, еще несколько лет не ходил… А потом понял, что меня туда тянет. И с тех пор хожу в церковь регулярно. Да, я православный и в православии нашел для себя ответы на многие вопросы. На своей странице в соцсети Александр много пишет о православии – с ним спорят и порой даже его троллят, но Александр в своих убеждениях тверд, как скала, и добр, как пшеничное поле: даже если кто-то пытается спровоцировать его на острый спор, Саша сглаживает полемику мягкими, уважительными комментариями.

Пандус есть, но не совсем

Он не любит критиковать и не умеет злиться. Говорит, какой смысл? Все ошибаются – так лучше поддержать человека, заметить в нем хорошее, поблагодарить за это.

— Мне установили пандус в подъезде, — радуется Саша. – Помогла Оксана Дектерева, руководитель благотворительного фонда Олега Кондрашова, — я долго писал письма с просьбой поставить пандус, но все тщетно. Решил сам копить на него деньги. Оксана про это узнала и добилась того, чтобы пандус все-таки поставили. Причем глава Нижегородского района Игорь Согин спрашивал, не нужно ли отремонтировать дорожки во дворе, чтобы я мог беспрепятственно по ним ездить. В принципе, у нас там две дороги, по одной людей ходит больше. Я именно на нее и указал. Мне она, в общем-то, без надобности, но людям-то нужна! Пусть лучше ее ремонтируют.

— А ты чаще передвигаешься по другой?

— Да, но там кроме меня и не ходит почти никто. Зачем ради меня одного ремонтировать?

— А пандус? Ты теперь можешь один выезжать из дома?

— Ну, ты что! Там угол уклона слишком высокий. И потом, еще ведь в подъезде есть ступеньки, их тоже как-то надо преодолеть. Просто теперь легче везти коляску тем, кто помогает мне выбраться на улицу.

Антикризисный менеджер

Мы говорим с ним о хоккее и погоде, о девушках и православии, о мечтах и планах. Он удивительно мягкий, открытый собеседник. С ним легко – будто знакомы тысячу лет.

— Саш, — спрашиваю, — а ты кем бы хотел себя видеть на профессиональном поприще?

— Антикризисным менеджером, — неожиданно отвечает. – У меня даже диплом есть о высшем образовании по этой специальности. Я легко ориентируюсь в ситуациях цейтнота и суматохи. Помню, мы переезжали на новую квартиру – я оперативно выстраивал логистические потоки, показывая, что куда класть, как перевозить. В подъезде однажды задымление случилось – у всех паника, а я спокойно позвонил, вызвал экстренные службы, показывал, как обезопасить себя от запаха дыма… Пожалуй, такая работа была бы мне по душе.

 

Светлана Иконникова