Для супружеской пары Виталия Анатольевича и Нелли Матвеевны Зверевых свадьба стала апрельской шуткой, и этой шутливой истории они радуются уже более 65 лет!

Краткая справка: Нелли Матвеевна Зверева – доктор педагогических наук, профессор, создатель одной из лучших физико-математических школ в России. Виталий Анатольевич Зверев – известный физик, член-корреспондент РАН. У супружеской пары 2 детей, 4 внуков и 6 правнуков!

Пошутили…

Мы познакомились в университете, когда я перешла в группу, где учился Виталий, – рассказывает Нелли Матвеевна. – Уже в те годы он был гением и не мог не обратить на себя внимание, а к таланту нельзя быть равнодушным! Мы дружили, Виталий Анатольевич был в меня влюблен, это было абсолютно очевидно. А мне в то время было море по колено, я была ужасно смелая девчонка! Как‑то мы сидели первого апреля на лекции и Виталик мне сказал:

«Нелличка, а давай сегодня распишемся, вернемся на учебу и скажем, что мы теперь состоим в браке, а нам не поверят, подумают что шутка, как ты на это смотришь?»

Я сразу согласилась, розыгрыш получился бы интересный.

Свидетелем будешь?

Мы обошли четыре загса, но все они были закрыты на учет, и мы решили расписаться на следующий день. Тогда расписывали и разводили без заявлений и месяцев ожиданий, требовался только один свидетель. К нам приехал наш необыкновенный дядя Лева и выручил нас, став этим самым свидетелем. Наша свадьба состоялась 2 апреля 1949 года. Это было тяжелое время, так что платье я не покупала и даже застолья в кругу семьи мы не устраивали.

Свадьба через 25 лет

Но через 25 лет брака мы решили отметить нашу свадьбу по‑настоящему! Мама Виталика сшила мне очень красивое платье в пол! Мы позвали лучших друзей, накрыли роскошный стол со всевозможными яствами – благо, такая возможность в то время уже была. И вот когда один из наших друзей начал произносить поздравительную речь, с огромным грохотом взорвалась лампочка, находящаяся прямо по центру стола. Мельчайшая стеклянная пыль засыпала все наши деликатесы! Пришлось свернуть весь стол вместе со скатертью и выбросить. Обидно было до ужаса, но мы не стали унывать. Накрыли сладкий стол к чаю, и решили: «Ну, значит, так и должно быть… Больше ничего «горького», только сладкое!»