На прошлом редсовете Юля Щербакова со смехом начала вспоминать нашу странную первую встречу:

– Мы с Катей пригласили тебя зачем-то в офис, а сами и думаем: а зачем мы его пригласили?! О чем мы с ним будем говорить?!  У нас ведь тогда еще не было сайта, и работы никакой мы тебе предложить не могли. Ладно, я тебя хоть читала в Фейбуке, а Катя о тебе вообще впервые услышала! «Как его хоть зовут-то?!» – спрашивает меня. Мы тогда здорово повеселились по этому поводу, но, с другой стороны, было и совестно немного, что у человека время отнимаем (я как раз тогда сидел с ребенком, из дома выбраться было достаточно сложно. – М.А.). Помню, я сижу и только головой качаю: «Какой слог, какой слог…» А мне просто нечего больше было сказать! А Катя про семью расспрашивает, про детишек: «Ой, а вам сколько? Вы в садик уже ходите?» (говорить-то не о чем, вот мы и импровизировали).
Да, я тоже никогда не забуду эту первую встречу. Зачем-то распечатал своё резюме многострадальное и взял с собой, иду, а сам думаю: куда я иду? Зачем? Чем это я, интересно, могу заниматься в Бюро «Мисс Нижний Новгород»?! Ну да ладно, еще одна совершенно бесполезная, зато очень приятная встреча!
Моё резюме – это наиболее тяжело мне давшееся художественное произведение за всю мою творческую карьеру. Безусловно, оно должно было быть написано позолоченными буквами на гербовой бумаге:  на двух листах, испещренных  мелким шрифтом 8 кегля, соседствовали такие должности, как главный редактор, директор по маркетингу, режиссер на государственном телеканале, специальный корреспондент по скандалам в федеральной газете, сценарист рекламных роликов, геймдизайнер, фотограф, художник, ведущий – ну и о парочке своих работ (таких как грузчик и строитель) я из скромности умолчал. Резюме это производило настолько сильное впечатление на окружающих, что потенциальные работодатели, увидев его, впадали в депрессию и переставали отвечать на звонки – ну на кой ляд им оператор в колл-центре с таким послужным списком?! Да, маленькая деталь: трудовая книжка моя при этом была девственно чистой, ибо я всю жизнь работал по контракту, не заморачиваясь с официальным оформлением.
– Ах, какой слог, какой слог!.. – всё повторяла Юля Щербакова, вероятно, путая меня в Фейсбуке с Аркашей Мирошниченко.
– Подождите, у меня тут есть кое-что, – Катя Чудакова потянулась за миниатюрной  чайной парой чешской фирмы Leander с золотым напылением, – вашей дочке понравится! Видимо, она хотела загладить этим подарком неловкость от того, что меня непонятно зачем позвали в офис на Нестерова.
Смущенный, я взял подарок и, как Сергей Бондарчук в фильме «Судьба человека», где немцы подарили ему буханку хлеба, пошатываясь, потащился к своим, так и я, прижимая к груди позолоченную чашку с блюдцем, направился было к дверям…
Но тут я вспомнил про своё резюме – не зря же я его распечатывал! – и, развернувшись, радостно побежал обратно к немцам… ой, то есть к девчонкам!
– Вот, – говорю, – посмотрите на досуге, это обзорно обо мне. И протянул эту филькину грамоту Кате (в трудовой-то ничего нет у меня).
Из вежливости пробежавшись глазами по этому моему монументальному документу, Катя неожиданно заинтересовалась самой последней строчкой – «хобби».
«Пишу рассказы, повести, сценарии для детских утренников; есть опыт романа», – было написано там.
– У вас правда есть опыт романа? – заинтересованно спросила Катя.
– Ах, какой слог, какой слог! – в очередной раз прощебетала Юля Щербакова. – Помню этот текст про чекушку самой дешевой водки для замшевых сапожек жены…
Да, я тоже хорошо помнил этот текст Игоря Преображенского.
Screenshot_47
– Я просто уже три года обдумываю книгу о нашем конкурсе, – пояснила Катя, – было бы прекрасно, если бы она вышла к 20-летию нашего конкурса. Времени, правда, осталось не так много…
– За четыре месяца напишу! – пообещал я, – Свой роман я полгода писал, но это жанр такой сложный – стим-панк…
– Позвоните обязательно такого-то числа, – загадочно пропела Катя, и мы, наконец, расстались.

И вот после Нового года меня опять пригласили в офис на Нестерова: старт-ап мой к тому времени окончательно загнулся, с последними  ста рублями до зарплаты жены я побежал к Кате (Про мои последние 500 р). План работы уже был у меня в голове: ежедневные встречи с Катей, 150-200 интервью с теми, кто имел отношение к «Мисс-НН», 20 глав – по главе на каждый год конкурса – и общий объем книги 500-600 страниц.
– Меня всё устраивает, начинай работать, – улыбнулась Катя и, чтобы внести в беседу нотку реализма, тут же положила на стол аванс.
– Максим, всё, начинаем!!!
11046333_972514169446032_9222930694036291669_n

Далее все закружилось, никогда не забуду, как раз 10 договаривался об интервью с прекрасной Татьяной Андреевой, генералом конкурса, и наконец-то его взял, как у меня отключился диктофон во время беседы с актрисой Татьяной Храмовой (и я реконструировал её историю по памяти), как буквально в тот же день, когда я описал выступление Бориса Немцова на первом конкурсе «Мисс-НН», появилось сообщение о его трагической гибели…
Двадцать лет конкурса, сотни героев, десятки часов расшифровки! Четыре месяца в итоге превратились в семь! В какой-то момент я струсил, испугался, что ничего не получится; видимо, Катя каким-то образом угадала моё настроение и провела мотивационную беседу – ей не привыкать, она из этого бешеного ритма не выходит уже 20 лет! Тираж книги был напечатан за несколько часов до конкурса, не поседел я только потому, что уже твёрдо знал: у Кати всё всегда получается, каким бы фантастическим ни казался её очередной проект!
Какой вывод из всего этого? Собираясь на какую-то, как вам кажется, бесполезную встречу, знайте, что не бывает бесполезных встреч, всё в этом мире связано невидимыми нитями удачи!

Максим Алёшин