Имитация изнасилования – один из довольно распространенных сценариев женских эротических фантазий. Чем это можно объяснить? Сабина Сафарова 

Фантазии о сексуальном насилии со стороны мужчин оказываются для женщин одними из самых распространенных. Почему наше воображение рождает то, что в реальности рискует оказаться травматическим и угрожающим жизни?

alt

Исследований, посвященных женским фантазиям о сексуальном насилии, не так много, с 1973 года опубликовано лишь девять работ. Писатель и научный журналист Мэтью Хадсон (Matthew Hutson) считает, что они намеренно не предаются широкой огласке. «Многие не хотят признавать факта такого рода фантазий, опасаясь, что это может оказаться косвенным оправданием реальных эпизодов насилия, – говорит он. – Однако важно глубже изучать «темные стороны» нашей сексуальной природы, а не пытаться держать их в тени». Вместе с тем все опубликованные исследования подтверждают распространенность этих эротических грез – им предается каждая четвертая женщина из десяти. Один из последних опросов провели психологи Университета Северного Техаса Джозеф Крителла и Дженни Бивон (Joseph Critelli и Jenny Bivona)*. Ученые опросили 355 женщин на тему того, как часто они фантазируют о применении к ним силы в момент сексуальной встречи и насколько далеко заходят их фантазии. 62% ответили, что встречались в жизни с такими фантазиями. Вместе с тем ответы менялись в зависимости от того, как был сформулирован вопрос: 52% признались в фантазиях о грубом доминировании партнера, но при этом описывали ситуацию заведомо безопасную. Как только в опроснике появилось слово «изнасилование», лишь 32% отметили наличие таких воображаемых сценариев. Периодичность возникновения фантазий также сильно варьировалась: 25% женщин отметили, что они появляются реже одного раза в год, 13% – несколько раз в год, 11% – раз в месяц, 8% – раз в неделю, 5% – несколько раз в неделю. Эти цифры во многом оказываются релевантными предшествующим исследованиям.

«Подобные фантазии могут быть эротически привлекательными или, напротив, отталкивающими, – говорит психоаналитик Брэт Кар (Brett Kahr). – В эротических женщина получает от символического доминирования лишь наслаждение, в аверсивных фантазиях сексуальное насилие воспринимается негативно». В исследовании Крителли и Бивоны 45% женщин описывали свои фантазии как радостные переживания, 9% назвали их пугающими и вызывающими отвращение, 46% признались, что их фантазии были смешанные и содержали одновременно элементы как эротического возбуждения, так и страха.

В своем метаанализе Крителли и Бивона сравнили также 20 предшествующих исследований, чтобы оценить те причины, которые могут скрываться за распространенным сценарием фантазий о сексуальном насилии.**

Попытка избежать внутренней вины

«Я выросла в семье с очень строгими правилами, – рассказывает Анна. – Нельзя было даже одеться с легким намеком на женственность, не говоря уж о том, чтобы близко общаться с мальчиками. Долгое время я жила с ощущением того, что секс – это нечто постыдное. И только фантазии, в которых я вынуждена была сдаться: наступал конец света и меня силой уносил на руках прекрасный герой, часто похожий на голливудского актера, – позволяли мне расслабиться». «Если женщина воспитывалась в консервативной среде, где на интерес к сексу накладывается запрет, то с раннего возраста единственным воображаемым сценарием, при котором можно позволить себе эротические фантазии и не мучиться угрызениями совести, становятся эпизоды с мужским насилием, – говорит Дженни Бивона. – Когда у нее просто нет выхода, как только сдаться мужчине». Исследования показывают, что женщины, живущие в среде, где проявление женской сексуальности подвергается репрессиям, фантазируют гораздо меньше. Вместе с тем именно фантазии о насилии в сексе у них превалируют.

Потребность в безусловном принятии

Одна из гипотез интерпретирует подобные фантазии как желание безусловной любви. И насилие здесь – лишь символ сильного чувства, которое партнер не в силах сдержать. Некоторые эксперты отмечают, что эти фантазии родом из детства и пубертата, когда девочка могла чувствовать себя одинокой.

«В детстве у меня были куклы, которые всегда исполняли роли принцессы и хулигана, – рассказывает Ольга. – Хулиган нападал на принцессу, выкрадывал ее и вел себя почти как насильник, а потом обе куклы счастливо женились. Позже, когда я выросла и стала представлять уже себя на месте той принцессы, мне нравилось это чувство собственной притягательности и желанности».

«Многие девочки и девушки сталкиваются с элементами дисморфофобии, когда собственное тело и лицо кажется им несовершенным и отталкивающим противоположный пол, – утверждает Дженни Бивона. – Часто эти переживания усугубляются реально пережитыми эпизодами, связанными с тем, что их отвергли. В юном возрасте через этот опыт проходят очень многие. Это отчасти также может объяснять столь распространенный сценарий фантазий, в которых ради женщины идут на крайние меры, чтобы только ее удержать, у совершенно разных по темпераменту и внутренним потребностям людей».

Исследования также подтверждают, что чем больше женщина страдает от неуверенности и внутренних страхов, тем чаще у нее рождаются сексуальные фантазии с подтекстом насилия.

Генетическая предрасположенность уступать сильнейшему

Эта гипотеза, выдвигаемая эволюционной психологией, предполагает, что человек, подобно многим млекопитающим, биологически запрограммирован на исполнение гендерного сценария: самец преследует самку, которая сдается на волю самого доминантного представителя группы. В природе самка, привлекая самца, убегает и останавливается, призывая ее поймать. И поза подчинения самки в момент полового акта у всех млекопитающих, в частности у приматов, одинаково контролируется частью гипоталамуса – подкорковой структурой головного мозга. Этот механизм работает на уровне нашего подсознания, ярко проявляясь в сценарии женских и мужских фантазий. Вместе с тем критики этой гипотезы подчеркивают, что она не может быть полностью подтверждена или опровергнута, ведь, как и большинство теорий эволюционной психологии, она не прошла эмпирического тестирования.

Активация биологических процессов

Легкий страх, которым отчасти окрашены эти фантазии, в то же время усиливает наше сексуальное желание. «Это похоже на эффект американских горок, где ужас и стремление испытать сильные чувства неотделимы, – говорит Джозеф Крителли. – Симпатическая нервная система начинает активно функционировать в моменты сильного стресса и возбуждения, у человека увеличивается пульс, учащается дыхание, происходит повышенное увлажнение слизистых гениталий. Таким образом, острые переживания, которые происходят в фантазиях, способствуют сексуальному возбуждению».

Герой-разбойник

Исследование самых популярных любовных романов, адресованных женской аудитории, показывает, что главная героиня в них подвергается сексуальному насилию в 54% сюжетов. Насильником при этом становится брутальный герой в образе воина. В конце концов героиня всегда зарождает в нем не только животное желание, но и любовные чувства, и они счастливо идут под венец. «Подобные сюжеты в книгах и для мужчин, и для женщин построены на эксплуатации самых известных секс-фантазий, – отмечает социолог и журналист Майкл Кастелман (Michael Castleman). – Для мужчины это фантазия обладания женщиной, которая наслаждается его доминированием, для женщины же этот сценарий трансформируется в появление воображаемого героя, желающего ее так страстно, что он перестает владеть собой». Исследователи предполагают, что для женщины может быть привлекательна и двойственность этого переживания: как неожиданная трансформация насильника во влюбленного героя, так и ее собственное положение одновременно и силой удерживаемой наложницы, и страстно желаемой возлюбленной.

Психоаналитик Брэт Кар (Brett Kahr) утверждает, что в подавляющем большинстве женщины отлично способны различать угрозу реального насилия со стороны незнакомого человека и игру собственного воображения. Однако в некоторых случаях такие фантазии могут проявиться как отражение невытесненных переживаний, связанных с насилием, которое было пережито в прошлом. Кроме того, они могут отражать и непроявленные мазохистские наклонности. «Как правило, фантазии, связанные с элементами сексуального насилия, можно назвать вариантом нормы, однако если они становятся для женщины навязчивыми и дискомфортными, стоит обязательно обратиться к специалисту», – считает Кар.

Может ли женщина делиться этими фантазиями со своим партнером? «Очевидно, что любящий партнер отнесется к этому деликатно и с пониманием, – говорит Кар. – Однако человек, обладающий садистскими наклонностями, которые не проявлялись или о которых вы не знали, может интерпретировать эту информацию деструктивно и небезопасно для вас». Поэтому делиться такими фантазиями важно лишь с тем человеком, с которым у вас сложились по-настоящему доверительные отношения.

Источник: http://www.psychologies.ru/sexuality/female%20sexuality/pochemu-jenschinyi-fantaziruyut-ob-iznasilovanii/