Время для интервью с Романом Пономаренко – общественным деятелем, бизнесменом, руководителем НРООИ «Ковчег» - мы выбрали не сразу. В череде встреч и переговоров вычленить час для беседы оказалось не так просто. Согласование готового текста шло по тому же сценарию – урывками между поездками и семинарами.

Он слишком уникален, чтобы быть свободным. Он слишком свободен, чтобы обращать внимание на ограничения.

Сделать город доступным

— Привет! Ты чай будешь или кофе? – Роман встречает меня за столиком кафе.

— Буду информацию, — отвечаю дежурной шуткой, но он каким-то образом делает так, что я уже заказываю американо.

По идее, надо бы уточнить, сколько у меня времени на интервью. Но Роман дает понять, что беседа будет идти до последнего байта информации, а не до «полвторого». Это в его характере: делать не для того, чтобы делать, а для того, чтобы получить результат. Собственно, «Ковчег», общественная организация, которую он создал чуть меньше года назад и которая сегодня занимает львиную долю его времени – это очередной проект Романа Пономаренко. Глобальный и несбыточный. Точнее, несбыточный ни для кого, кроме него. Его задача – сделать Нижний Новгород реально доступным для маломобильных граждан. Просто Роман – колясочник, и ему о нижегородских бордюрах, лестницах и ямах известно чуть более, чем всё. Да. Бизнесмен и общественный деятель. Да, на инвалидной коляске. Да, так бывает.

Города нужно брать обаянием

…В одиннадцать лет он неудачно упал с дерева. Настольно неудачно, что ему, мальчишке, который не мыслил себя без движения, сказали: «Бегать ты больше не сможешь. Ходить тоже». По мелодраматической логике, для него должен был наступить конец света, который он, как герой мужественно бы пережил.

— Да не было никакого душевного надрыва, — улыбается Роман и настоятельно уговаривает меня положить в кофе ломтик лимона, — наверное, повезло с родителями: они смогли правильно меня настроить. А может, с характером – я относительно спокойно пережил это известие. Пережил – и начал жить дальше.

Окончил школу, поступил учиться на юрфак ННГУ имени Лобачевского, на втором курсе начал работать – оказывать юридические консультации.

— Сложно, конечно, было – иногда за меня в университет ездила мама, конспектировала лекции, — вспоминает Роман. – Но как-то все равно выкручивались. А потом я начал работать в налоговой инспекции, отдал госслужбе пять лет и с радостью уволился. Я по натуре предприниматель, мне нравится начать новый проект – и вести его с нуля, преодолевая преграды. Поэтому с насиженного уютного места ушел в свободное плавание. Сколько людей тогда крутили пальцем у виска…

А Роман оперативно организовал ларек по продаже шаурмы (сам же и заворачивал в лаваш этот народный деликатес), и параллельно – офис, где он оказывал юридические консультации в свободное от шаурмы время. Потом создал строительную компанию, потом – интернет-магазин стройматериалов… Он каким-то образом умеет подминать реальность под себя. Там, где люди с первой группой здоровья говорят: «невозможно», Роман не замечает проблем – берет и добивается своего. И получается у него не то, чтобы стиснув зубы и наматывая жилы на кулак, а легко и непринужденно. Города нужно брать обаянием – если бы Роман Пономаренко составлял список «10 способов добиться успеха», это утверждение непременно бы попало в топ.

Как гарантированно повысить выручку?

Сегодня его задача – избавить город от мешающих «колесным» гражданам (это не только люди с инвалидностью, но и велосипедисты, мамы с колясками) бордюров и сделать среду доступной. Он уверен: локальную цель  достичь легко, но ощутимого общественного эффекта не будет. Поэтому и смысл маленьких проектов невелик. Если что-то менять – это нужно менять целиком. Надо сказать, что власти к Роману прислушиваются – как он сам считает, потому, что идет к ним не требовать, а предлагать.

— Да, сотрудники нашей организации «Ковчег» лучше понимают, где бордюр лишний, а где установленный пандус нужно менять, потому что пользоваться им невозможно, — говорит он. – Человек, который может перешагнуть через бордюр, сделает это, не заметив препятствия. И он не воспримет ступеньку как помеху, когда будет подписывать план реконструкции улицы или план строительства нового ФОКа. Поэтому я предлагаю: давайте на этапе проектирования мы выступим консультантами, подскажем, как среду сделать доступной. Понимаешь, если изначально закладывать в проект широкие съезды и пандусы, его цена возрастет всего на 2-10%. Если переделывать уже построенное, стоимость увеличится процентов на двадцать… а может, и вовсе окажется проще снести. И власти начинают это осознавать.

Но первыми с Романом Пономаренко начали сотрудничать бизнесмены. И это логично: по подсчетам Романа, кафе, дружелюбное к маломобильным гражданам, автоматически повышает свою выручку процентов на десять. То же самое относится к магазинам, парикмахерским, аптекам и т.д.

— У нас в стране 10% населения — это люди с инвалидностью, а если брать мам с колясками, пожилых людей, беременных женщин, т.е. тех, кто относится к маломобильным группам населения, то и вовсе 35-40%, — объясняет он. – Прибавь к ним родственников и друзей. Когда мы с коллегами и приятелями собираемся сходить в ресторан, какой мы выбираем? Правильно, тот, где мне будет легко проехать с моей коляской. Правда, в Нижнем пока таких кафе немного, но мы сейчас проводим семинары и обучаем сотрудников кафе и гостиниц тому, как работать с разными категориями посетителей. Думаю, достаточно быстро все изменится.

Безусловно, но не безнадежно

Рассказывая о важной для него теме, Роман улыбается, жестикулирует: даже длинные рукава рубашки не в состоянии скрыть его накачанных бицепсов:  девяносто процентов мужского населения может нервно покурить на балконе.

— Ну, я со спортом никогда не расставался, — спокойно объясняет Роман.

Он занимается плаванием – регулярно, уже много лет. Гоняет на машине, нередко накручивая на спидометр несколько сотен километров за сутки. При этом машина его – с ручным управлением, то есть руками нужно одновременно и рулить, и выжимать сцепление-газ-тормоз. Живет взахлеб, воспринимая собственную «колёсность» как безусловный, но отнюдь не безнадежный элемент бытия. Например, многие из нас согласились бы отказаться от ночного сна: столько свободного времени сразу появляется! Но при этом никому не приходит в голову впадать в депрессию из-за того, что из 24 часов в сутках организм ежедневно отбирает у нас четверть – исключительно для того, чтобы поваляться в кровати и «протестировать систему».

— Да, я понимаю, что отличаюсь от многих людей с инвалидностью, — произносит Роман. – К сожалению, и государство, и окружение воспитывает в них упаднически-иждивенческую позицию. «Вот тебе коляска и пособие, сиди на них дома, никуда не ходи», — говорит государство. «Там тебя обидят, ты упадешь, не трогай, я сейчас все сама достану, принесу, сделаю», — говорят мамы детям с инвалидностью. А это неправильно. Инвалиды – такие же члены общества. Они могут (и должны, на мой взгляд) работать, платить налоги, жить – как все.  И для этого мы начинаем серию тренингов. Сначала возьмем именно детей – нам нужно поменять их «настройки», взгляд на мир, научить не бояться общества, а жить в нем. Мы знаем, как это сделать. И сделаем.

Родители детей, чье здоровье оставляет желать лучшего, могут позвонить в «Ковчег» и записать детей на тренинг уже сегодня. В конце концов, кому не хочется, чтобы из его ребенка вырос успешный бизнесмен и общественный деятель – такой, как Роман?

Прощаясь, спрашиваю его:

— У меня есть ощущение, что тебя не хватает в Законодательном собрании или в Государственной Думе – как минимум. Тебе не кажется?

— Мне пока комфортнее работать с позиции общественного деятеля и помощника власти, – отвечает он, чуть заметно выделяя слово «пока».

И в «пока» этом, кажется, начинает зарождаться очередной проект.

 

Светлана Иконникова