Этот материал — разговор с основательницей центра Podiatry. Это не очередной салон красоты, несмотря на то, что идеальные ногти сделают вам именно здесь.

Идеальные — потому, что они будут здоровыми, то есть здесь вам не “замаскируют”, а вылечат. Оказывается (и для многих это будет открытием, как было для меня), это мы думаем, что у нас “ногти от рождения такие, и у папы такие были, и у бабушки”. А на самом-то деле всему есть вполне научное объяснение и решение, которое может подсказать только опытный специалист. Но где такого найти в Нижнем Новгороде?

Любовь Широкова — профессионал уровня, который не часто встретишь в Нижнем Новгороде. Запись на ее услуги закрыта на много дней вперед. К ней идут те, кому больше некуда, чьи проблемы ни один врач или косметолог просто не может решить — компетентности не хватает.

Оценить работы по эстетике и медицинскому педикюру можно здесь: https://www.instagram.com/center_podiatry

В чем же секрет центра Podiatry? В особой методике. А точнее, в том, что не передать словами: в сочетании опыта, знаний и подхода, перфекционизма и пристального внимания к дезинфекции у руководителя центра. Потому что такой она человек, который по-другому не может. Который однажды понял, что хочет этим заниматься, и, не слушая никого, посетил множество стран и специалистов, чтобы пройти обучение и узнать разные подходы к лечению стоп, ногтей и ног в принципе (а оттого и других кожных заболеваний), и привести эти знания в Нижний Новгород.

Так как же начался ее путь?

— Как ты вообще пришла к маникюру? Кто ты по образованию?

— Педагог по черчению. Ну да, у меня изначально сильная база в этом плане: линии, четкость. В 10-11 классе я училась в школе с художественным уклоном и планировала сильно в этой сфере развиваться. Четыре года я училась-училась в институте, потом мне надоело. Я поняла, что мне хочется нормально зарабатывать, вот и начала, но не с маникюра, а с «визажа”. Подумала, что накрасить-то человека легче всего. Искала объявление о курсах, когда вдруг по пути в институт наткнулась на техникум.

Захожу:
«Когда набор?»
«Завтра уже»
«Сколько?»
«800 рублей»
«Вот 400, больше с собой нет, завтра остальное принесу».

Мы учились неделю. В конце курса преподаватель сказал, что, если мы доплатим 50 рублей, нас научат делать и маникюр. Был 2003 год. За 2 часа и 50 рублей я получила ещё одну профессию.

Итак, корочку дали. Спустя месяц я пришла к преподавателю и попросила меня устроить работать в какой-нибудь салон. Меня устроили в салон, но он был не того уровня, на котором мне хотелось бы работать. Зато первая клиентка мне попалась очень требовательная. Я ей благодарна. Она показала мне, как должно быть. Спустя год я устроилась в другое место. В одно из лучших в городе.

— И там еще больше привыкла к уровню клиентов, так?

— Да. Потом поняла, что хочу научиться наращивать ногти. Мне мало, хочется большего. Первым конкурсом, в котором я участвовала, был «Серебристый Ландыш». Я проходила сразу в двух номинациях — дизайн и моделирование. Тогда же я начала ездить в Москву на повышение квалификации, ежемесячно. Спустя еще какое-то время я заняла все первые места на нижегородских конкурсах и второе — на международном в Москве. Но я еще не была инструктором, я была не готова обучать. Мастером — да, и хорошим. Но не более. И поэтому я просто оставила Москву и уже здесь работала. Спокойно так работала, клиентов мне хватало. Я в этом развивалась и шла вперед. Было идеально, все думали, что я художник. А потом у меня родился ребенок, все остальное закрутилось… Но когда у тебя хороший стаж, эта монотонная рутина сильно выматывает.


загружено (1)

— Ты творческий человек и хочешь двигаться дальше.

— Я просто из маникюра выжала все, что могла. Меня начало это затягивать все больше и больше, и в какой-то момент просто…

— Переключило.

— Да, очень резко переключилась голова, и я не знаю, с чего же все началось. Я знаю одно: я всегда бралась за самое сложное и получала удовольствие от решения этих самых трудных проблем. И я начала ездить на обучение снова: Москва, Питер, Израиль, Германия. Но уже не маникюр, а…да и не педикюр даже. Это что-то глубже. Хотя я не обучалась у подологов как таковых никогда, скорее у любителей, у начинающих подологов. Да, и я не считаю себя подологом. Подолог — это тот, кто ставит на грибковые ногти скобки и запечатывает их. Мы скорее практики. Я вообще не люблю в одну массу всех объединять, я не такая. Я свое придумала. Люди приходят ко мне и говорят:мы не понимаем, как ты это делаешь. А я и отвечаю: так и не надо меня понимать.

— То есть это что-то интуитивное?

— Что-то типа того. К нам приходит человек с кучей диагнозов, 15 лет страдал. Я даю мазь и говорю: мажь, завтра пройдет. И правда, проходит. Есть у меня девочка, которая 30 лет страдала, и за две недели у нее все заканчивается. И они не понимают, как это работает, а им и не нужно это понимать. У меня просто нет «узкого видения». Ты приходишь в мед. институт, тебе говорят — нужен такой посев и такой посев. И ты по этой кальке делаешь, и диагноз тебе ставят точно такой же, который ставили сотням до тебя. В этом часто и проблема медицины: не лечится ничего, потому что все по шаблонам. Но выход есть. Когда знаешь причины заболевания, ты просто начинаешь делать что-то свое, уходя от этого «шаблонизатора».

— Итак, ты поехала учиться дальше.

— Да, Израиль, Германия.. Много обучения было и за большие деньги.

— Все это обучение и помогает тебе сейчас ставить верный диагноз?

— Ну не только. Конечно, многолетний опыт работы и знания многое упрощают. Но надо же в первую очередь смотреть на историю болезни пациента, делать диагностику. Если дело в ногтях и коже, то я полностью справлюсь. Если это какое-то общее заболевание, то тут я уже говорю, что не справлюсь, и помогает наш врач.

— У тебя салон?

— Скорее, центр.

— Как называется?

— Podiatry. Мы действительно уникальны в городе. У нас все инструменты стерилизуются и в помещениях стоит специальное оборудование для кварцевания в режиме нонстоп. Мы работаем полностью на одноразовых материалах. Мастера одеты как «супергерои в химзащите»: шапка, очки, маска, перчатки, костюм, на этот костюм фартук, специальная обувь — вся полностью униформа. Это все на один раз, после использования выкидывается. Оборудование стерилизуется также тщательно, как в стоматологии. С этим все очень серьезно. Я не просто соблюдаю нормы СанПин, я придумываю сама и еще более жесткие. Но эта моя «замороченность» никак не сказывается на цене.

загружено (5)

— Сколько услуги стоят?

— Маникюр от 1000, педикюр от 1600, это средняя цена по городу. С проблемами, конечно, дороже. Что касается проблем вообще, прямо так и хочется сказать: если вы сомневаетесь в компетентности своего мастера и в том, что вам сделали все правильно, не надо ждать, когда все ногти выпадут, приходите исправлять сразу.

— Сколько у вас мастеров вообще?

— Два мастера и врач.

— Какое у тебя личное отношение к подиатрии? То есть ты чувствуешь, что ты справляешься со сложной задачей, помогаешь людям решить то, что никто не может, или что это?

-Да нет. Просто в свое время мне врачи не помогли. И те, кому врачи помочь не могут, идут к нам. Что же до роста и самосовершенствования —это такой наркотик нового знания. Бездонная сфера, постоянное какое-то познание. Езжу в Европу, общаюсь с врачами, которые мне могут что-то рассказать, достаю оттуда препараты необходимые.

— Почему к тебе приходит человек? Он испытывает…боль?

— Да, у него проблема с ногтями на ногах или с ногами. Либо «все болит, ничего не помогает», и он страдает.. Либо же все просто неэстетично выглядит, а ему говорят, что сделать с этим ничего нельзя, потому что «и у твоего папы были такие ногти». Ну а вообще, помимо этого, такой человек еще и источник заражения. Думаешь, откуда у нас все это в банях, саунах, душевых. Сейчас даже бассейн в фитнес-клубах можно без справки. А если и со справками, сама знаешь, как они делаются. В Советском Союзе хотя бы эта культура была, все ходили на проф.осмотры. Как минимум хлора было в бассейне столько, что как-то эта нация удерживалась. Сейчас же все эти барьеры сняты, кругом что ни угол, то сауна, бассейн и так далее.. Я не знаю, как мы будем с этой проблемой справляться дальше, потому что если не задумаемся сейчас, может стать плохо в перспективе.

— Я даже не думала, что можно куда-то пойти, чтобы это решить настолько глубоко, и не закрасить, а вылечить. Что это реально проблема.

— Это не так сложно. Условно говоря, ты тратишь полтора-два месяца на решение проблемы, чтобы потом больше не возвращаться к ней, живешь как бы «в новой реальности». Это как с зубами: если ты делаешь профгигиену полости рта, то живешь нормально. А если идешь к дантисту раз в 40 лет, то будь готов, что тебе вырвут половину рта.

— Разговор будет закончен в прямом и переносном смысле?

— Просто такая новая культура, которая соответствует этой новой реальности. Просто когда мы «не паримся» и наращиваем ресницы, ногти где попало, потом такое и получается. Минус многих людей — они не хотят понимать. Им говорят: «У тебя грибок», а как будто сказали: «У тебя СПИД». Они не верят, что это можно вылечить, не понимают, что ничего страшного, надо просто признать. Вот сегодня я почему задержалась, потому что девчонке объясняла, что у нее грибок, а она мне: «Нет у меня грибка, мне сказали, надо всего лишь скобки ставить».

— Ну вот смотри, например, у нее грибок, и что ей делать дальше?

— Она будет его закрашивать гель-лаком, придет, когда уже ноготь отвалится.

— А по идее что надо сделать?

— Два месяца пролечить и все.

— Чем надо будет лечить, какими-то мазями определенными?

— Там схема специальная. Для каждого она индивидуальна. Ты подстраиваешься, потому что ты не знаешь внутренних заболеваний. Вдруг аллергия, а вдруг ей нельзя, а вдруг она кормит. Кормящие матери, диабетики, дети и пожилые — для них все отдельно.
Сейчас все вокруг да около мастера маникюра и подологи. Приходишь к ним, а они дома сидят, и в кресло с пледиком сажают. Так через пледик это все и передается — один с грибком пришел, второй — просто на «эстетику», и дело сделано. А потом спрашиваем, откуда у нас все это. Вот так вот.

— Какие у тебя планы дальнейшего роста? И хотела спросить, кто нормальных специалистов готовит тогда, получается?

— Я перестала обучать. У меня было несколько выпусков.. Я поняла, что мои знания, они не для каждого человека, их в массы нельзя.

— То есть ты не можешь систематизировать, это внутреннее чутье?

— Да, я отказалась от этого, потому что такая работа — это системное всегда, нужно учитывать кучу моментов.

— Короче, грубо говоря, чтобы решать подобные проблемы, нужно иметь очень сильную теоретическую базу, которая состоит из нескольких наук, и все в голове, плюс какое-то внутреннее чутье, типа интуиции и вот этого вот всего.

— Ну и плюс, чтобы рядом был врач. И хороший. Вот сейчас рядом Ольга Владимировна, и я молиться на нее готова. А если врача рядом с начинающим подологом нет, она ничего не сделает, зато скажет: «Это Люба меня так научила». А вообще я хочу клинику. Свой медицинский центр хочу, двигаться именно в этом направлении. Более глобально и централизованно.

— Сделать как можно больше людей счастливыми и красивыми по настоящему?

— Чтобы люди наконец задумались о своем здоровье, вот что. Не просто о красоте и стразах, это не показное. Как с макияжем, сейчас наконец все поняли, что естественный он в разы лучше, чем мазаться «зеленой палеткой». Хочется естественности вокруг и здоровья. И чтобы мой ребенок, залезая в бассейн, здоровым оттуда вылез. У меня сын растет, я не хочу, чтобы он заболел. А это будет, если все так безалаберно будут к своему здоровью относиться.

Любовь — очень требовательный, прежде всего к себе, человек. Все жесткие правила, что заведены в центре, она начинает с себя. Это волевой руководитель со всеми вытекающими, но в центре практически нет текучки. На все замечания и предложения команда неизменно отвечает: “Да, Шеф!”.

Podiatry — пример красивого бизнеса на основе воли, внутренней организованности и мощного стержня. Но именно поэтому там все и получается так, по-настоящему. И главное, что получается! Потому что замазать-то легко. Решить проблему — гораздо важнее.

Интервью Таня Курганова.

Центр Podiatry, Родионова 45 (за УФМС)

Instagram: @center_podiatry