Мою подругу Маринку, девчонку совсем не робкого десятка, в школьный кабинет стоматолога волокли по полу, она рыдала и подвывала, периодически пытаясь вырваться. Сцена напоминала кадры из фильмов про войну. Мы леденели от ужаса и понимали, что скоро придет и наш черед.

Маринкина фамилия начиналась на «В», и потому она была одной из первых, кто проходил все круги школьного стоматологического ада. Новость о том, что скоро будет осмотр, школу облетала за считанные секунды. У нас не было к ней ни одного равнодушного человека. Потому что все знали – скоро мы начнем прислушиваться к шагам в коридоре. Вы помните? В класс заходит школьная медсестра и начинает идти вниз по списку, начиная от буквы «А». Ты замираешь в ожидании, спина холодеет от ужаса, ладони потеют… Ты понимаешь, что не сбежать, не уйти  и вымолить свободу тоже не получится.

«Иванов», — говорит этот посланник ада, и ты даже не успеваешь обрадоваться, что ты не Иванов, как этот зараза Иванов выкрикивает – «А я уже был!». И в этот момент ты понимаешь, что такое зависть.

«Тогда Кичигин!», — продолжает выкрикивать фамилии обреченных человек, призванный нести добро, но не справляющийся с этой ролью. Хорошо-то как, ведь это снова не ты… Ты провожаешь взглядом бедного Кичигина, и думаешь, что твоя-то фамилия на Н, а значит, скоро придут и за тобой…

Мне кажется, я до сих пор помню интерьер этого кабинета пыток. Это удобное и комфортное кресло, в котором твои руки и ноги скрючивались сами по себе, просто силой мысли от склоняющегося над тобой доброй тети-стоматолога: «Восьмерка справа… Так, шестерка слева…, а тут что?». А ты в это время молишься про себя тихонько, чтобы она просто пересчитала тебе зубы и отпустила с миром. Ты обещаешь делать все уроки, чистить зубы утром и вечером, и даже днем и ночью – ты в этот момент готов чистить их круглосуточно, только отпустите меня! И тут звучит приговор – кариес! Нет, не так – КАРИЕС!!!! И все. Мир рушится, потому что сейчас тебя начнут лечить. Лечить бормашиной, которую – я уверена – делали те же руки, что и бензопилу «Дружба».

Вообще, наверное, все хорошие фильмы ужасов придумали люди, у которых в детстве были плохие зубы. Мы тогда не знали слов – психологическая травма, но это точно была она. Тебе в лицо адски светит лампа, как на допросах во вражеских застенках, бормашина трясется и периодически иногда глохнет, врач покрикивает, твои руки сжимают подлокотники кресла. Сейчас я думаю – что за люди там работали? Какая нервная система нужна, чтобы ТАК позаботиться о здоровье нескольких сотен детей? Это ж собственного никакого здоровья не хватит! И почему не было обезболивающего в школах? Неужели это был один из методов воспитания настоящих людей? Тогда стоит признать, что он себя не оправдал. Я знаю кучу народа, у которых начинается нервно дергаться глаз при воспоминаниях об этой части безоблачного детства, и которые готовы многое отдать, чтобы это не повторилось.  Именно поэтому современные взрослые 40-летние дядьки, которые могут завалить какого-нибудь кабана и у которых в анамнезе пятьсот прыжков с парашютом, не могут заставить себя идти к стоматологу.  Нет, они не трусы, просто память хорошая. Не надо водить их на выставку «Испанской инквизиции». Приведите их на выставку школьной стоматологии конца 20 столетия. И можно будет брать их тепленькими.

Юлия Щербакова